Час дракона
Скоро весна, кто сомневается, не читает!Полную луну не затмевала даже иллюминация императорского дворца.
Полную весеннюю луну. А то, что она действительно весенняя, Кенрен знал точно. Нижний мир был страшен, но он не лукавил. А весной хотелось праздника. Но, делать нечего, приходилось работать.
А не с кем.
Невменяемая от весеннего настроения канцелярская мелочь давно разбежалась по чайным и театрам. Тенпо занялся мистическими опытами и стал недоступен. Годжун тоже ушёл в астрал. Или ещё куда-то, но, так или иначе, дверь его кабинета оказалась закрытой. А из тёмной замочной скважины пахло духами. До головокружения. Розовым маслом.
- Как же так?
С одной стороны, драконья личная жизнь не очень волновала Кенрена. До сегодняшнего дня. Ввиду её отсутствия. С другой стороны, любопытство уже запустило свои клыки в генеральские фибры и прочие почки-пупочки. Терзания подвигли жертву укуса на небывалый поступок: проведение аналитического расследования.
Кенрен обогнул офисное здание и зашёл со стороны личных комнат. Калитка в сад открыта, дверь на террасу – тоже. В тёмной комнате горит ночник, но ничего не видно. В саду светло, как днём.
- Сейчас всё пойму, - пообещал себе генерал, - с утра дождик был, на дорожке сандалики дамские должны наследить, как миленькие.
Никаких сандаликов не наблюдалось, но от террасы к калитке на влажном белом песке ухоженной сада тянулась цепочка отпечатков босых ног. В воздухе витал запах розового масла.
- Так, - решительно потребовал Кенрен, - что нам говорит логика?
Логика молчала.
- А здравый смысл?
Здравый смысл оказался каким-то условно здравым, потому, что подсказал: «облился розовым маслом и ушёл гулять, босиком». «И без одежды», - добавил здравый смысл, так как Кенрен в это время добрёл до террасы и увидел небрежно брошенную на скамью форму.
- Лунатик! – спросонья брякнула логика, и Кенрен с ней немедленно согласился.
Командира нужно было срочно выручать.
Кенрен как раз подбежал к поляне у заброшенного пруда, когда услышал хохот и громкий свист. Он осторожно выглянул из-за куста. Под высоким кряжистым дубом бесновалось с десяток парней. Кенрен их знал – бездельники из владетельных кланов. На ветке дуба сидел его командир и с любопытством разглядывал преследователей.
А Кенрен – командира.
На Годжуне были короткие штаны, или юбка, или просто тряпка, обмотанная вокруг бёдер. Предплечья закрывали кожаные щитки. Всё.
- Ты, почему его отпустил?
- Да он скользкий, как уж!
- Вам надо-то что, убогие? – перекрыл вопли звучный драконий голос.
- Заткнулись все! По твоей же традиции в первое полнолуние весны каждый может требовать, кого пожелает. Я требую тебя!
- Разве я похож на женщину?
- Это с какой стороны смотреть.
- Начитанный какой, - изумился Годжун, - а ты все правила знаешь?
- А ты считать умеешь? Против десяти тебе не выстоять. Хочешь здоровым уйти, сам слезай.
Кенрену показалось, что у него вырастают клыки и когти.
- Это кто-то другой тут считать не умеет, - рыкнул он, выходя на поляну.
Бедового генерала знали хорошо.
- Интересно, тебе какое дело?
- Он мой…
«Командир», - конечно, хотел закончить генерал, но в последний момент решил, что куцая фраза лучше гармонирует с куцей одеждой командира.
- Кишки по кустам развешу, если его кто тронет!
- Ксо…
- Я - пасс!
- Ну его, по одному потом переловит…
Ситуацией надо было пользоваться.
- Слезай. Домой пошли.
Дракон спрыгнул и положил руку генералу на плечи. Тонкая конечность оказалась неожиданно тяжёлой. Кенрену на мгновение стало страшно, даже жутко, но Годжун улыбался, мирно вонял розовым маслом и без возражений ушёл с поляны.
На полдороги Кенрен остановился и заглянул Годжуну в глаза.
- Тебе луна на темечко не падала? Что это за традиция, по которой надо ночью без штанов по лесу бегать?
- Обычная традиция. У всех народов есть традиция боёв за самок. Со временем для нас она переросла в ритуальные бои, символизирующие приход весны. А, о чём думал переводчик, не ко мне вопрос.
- Ты бы хоть дубинку прихватил…
- Так я никого вызывать не собирался. Самок-то нет, - и Годжун ласково притянул к себе Кенрена.
Генерал подумал, что лучшая тактика – нападение. Постепенно тактика переросла в стратегию. И через несколько минут они валялись на траве, источая одинаковый, но сомнительный табачно-цветочный аромат.
- Пошли ко мне, надо от этого запаха избавиться, мало сплетен ходит…
- Мы будет считать это сплетней?
- Как мы будем считать – наше дело. Однако ты как хочешь, а я не собираюсь завтра на разводе удивлять народ табачно-масляным перегаром.
Они уже подходили к дому, когда Кенрен, всё время проигрывающий в уме варианты развития событий, спросил:
- Слушай, ты собирался на этом дереве до утра сидеть?
- Нет, в соответствие с традицией я собирался, - Годжун вытянул вперёд руки и сжал кулаки.
Поручи ощетинились лезвиями от локтя до запястья, а хрупкие пальцы укрылись под бритвенно острыми пластинами тёмной стали. Кенрен подумал, что в СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ с дракона надо будет снять даже зажим для косы.
И иллюстрация (чужая)
Полную весеннюю луну. А то, что она действительно весенняя, Кенрен знал точно. Нижний мир был страшен, но он не лукавил. А весной хотелось праздника. Но, делать нечего, приходилось работать.
А не с кем.
Невменяемая от весеннего настроения канцелярская мелочь давно разбежалась по чайным и театрам. Тенпо занялся мистическими опытами и стал недоступен. Годжун тоже ушёл в астрал. Или ещё куда-то, но, так или иначе, дверь его кабинета оказалась закрытой. А из тёмной замочной скважины пахло духами. До головокружения. Розовым маслом.
- Как же так?
С одной стороны, драконья личная жизнь не очень волновала Кенрена. До сегодняшнего дня. Ввиду её отсутствия. С другой стороны, любопытство уже запустило свои клыки в генеральские фибры и прочие почки-пупочки. Терзания подвигли жертву укуса на небывалый поступок: проведение аналитического расследования.
Кенрен обогнул офисное здание и зашёл со стороны личных комнат. Калитка в сад открыта, дверь на террасу – тоже. В тёмной комнате горит ночник, но ничего не видно. В саду светло, как днём.
- Сейчас всё пойму, - пообещал себе генерал, - с утра дождик был, на дорожке сандалики дамские должны наследить, как миленькие.
Никаких сандаликов не наблюдалось, но от террасы к калитке на влажном белом песке ухоженной сада тянулась цепочка отпечатков босых ног. В воздухе витал запах розового масла.
- Так, - решительно потребовал Кенрен, - что нам говорит логика?
Логика молчала.
- А здравый смысл?
Здравый смысл оказался каким-то условно здравым, потому, что подсказал: «облился розовым маслом и ушёл гулять, босиком». «И без одежды», - добавил здравый смысл, так как Кенрен в это время добрёл до террасы и увидел небрежно брошенную на скамью форму.
- Лунатик! – спросонья брякнула логика, и Кенрен с ней немедленно согласился.
Командира нужно было срочно выручать.
Кенрен как раз подбежал к поляне у заброшенного пруда, когда услышал хохот и громкий свист. Он осторожно выглянул из-за куста. Под высоким кряжистым дубом бесновалось с десяток парней. Кенрен их знал – бездельники из владетельных кланов. На ветке дуба сидел его командир и с любопытством разглядывал преследователей.
А Кенрен – командира.
На Годжуне были короткие штаны, или юбка, или просто тряпка, обмотанная вокруг бёдер. Предплечья закрывали кожаные щитки. Всё.
- Ты, почему его отпустил?
- Да он скользкий, как уж!
- Вам надо-то что, убогие? – перекрыл вопли звучный драконий голос.
- Заткнулись все! По твоей же традиции в первое полнолуние весны каждый может требовать, кого пожелает. Я требую тебя!
- Разве я похож на женщину?
- Это с какой стороны смотреть.
- Начитанный какой, - изумился Годжун, - а ты все правила знаешь?
- А ты считать умеешь? Против десяти тебе не выстоять. Хочешь здоровым уйти, сам слезай.
Кенрену показалось, что у него вырастают клыки и когти.
- Это кто-то другой тут считать не умеет, - рыкнул он, выходя на поляну.
Бедового генерала знали хорошо.
- Интересно, тебе какое дело?
- Он мой…
«Командир», - конечно, хотел закончить генерал, но в последний момент решил, что куцая фраза лучше гармонирует с куцей одеждой командира.
- Кишки по кустам развешу, если его кто тронет!
- Ксо…
- Я - пасс!
- Ну его, по одному потом переловит…
Ситуацией надо было пользоваться.
- Слезай. Домой пошли.
Дракон спрыгнул и положил руку генералу на плечи. Тонкая конечность оказалась неожиданно тяжёлой. Кенрену на мгновение стало страшно, даже жутко, но Годжун улыбался, мирно вонял розовым маслом и без возражений ушёл с поляны.
На полдороги Кенрен остановился и заглянул Годжуну в глаза.
- Тебе луна на темечко не падала? Что это за традиция, по которой надо ночью без штанов по лесу бегать?
- Обычная традиция. У всех народов есть традиция боёв за самок. Со временем для нас она переросла в ритуальные бои, символизирующие приход весны. А, о чём думал переводчик, не ко мне вопрос.
- Ты бы хоть дубинку прихватил…
- Так я никого вызывать не собирался. Самок-то нет, - и Годжун ласково притянул к себе Кенрена.
Генерал подумал, что лучшая тактика – нападение. Постепенно тактика переросла в стратегию. И через несколько минут они валялись на траве, источая одинаковый, но сомнительный табачно-цветочный аромат.
- Пошли ко мне, надо от этого запаха избавиться, мало сплетен ходит…
- Мы будет считать это сплетней?
- Как мы будем считать – наше дело. Однако ты как хочешь, а я не собираюсь завтра на разводе удивлять народ табачно-масляным перегаром.
Они уже подходили к дому, когда Кенрен, всё время проигрывающий в уме варианты развития событий, спросил:
- Слушай, ты собирался на этом дереве до утра сидеть?
- Нет, в соответствие с традицией я собирался, - Годжун вытянул вперёд руки и сжал кулаки.
Поручи ощетинились лезвиями от локтя до запястья, а хрупкие пальцы укрылись под бритвенно острыми пластинами тёмной стали. Кенрен подумал, что в СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ с дракона надо будет снять даже зажим для косы.
И иллюстрация (чужая)

Иллюстрации и сегодняшние -30 вдохновили на рассказ. Но весна всё равно будет. Через месяц на байдах выйдем.
Эх, как я заскучала за весной((
Случая не было, чтоб она не пришла!
Но ждать-то ждать! И даже окопаться в холодном общежитии в ожидании ее не получится, ибо пары(
На байдах! На байдах! Недели две ещё. Вот это мне в средней полосе России и нравится: только снег лежал, и пожалуйте - открытая вода!
Дон, Воронеж, Усманка.